«Ромбики»: вскрытие идет удачно

Дек 6, 2011

«Ромбики»: вскрытие идет удачно

Кто был на первом (московском) концерте фестиваля «InProg-2011», помнит, что открылся он сетом дуэта «Cracked Rombix» («Вскрытый Ромбик») в составе: Дмитрий Павлюков (гитара) и Дмитрий Осляков (ударные). Отзывы о сете легко найти в Сети, все они или одобрительные, или восторженные. Что правильно: «Ромбики» — команда и драйвовая, и необычная. Перед «ИнПрогом» вышел их первый диск, выпущенный «на коленке» (возможно, через годы он станет раритетом), треки из него мы поместили в  в беседу с «ромбиками». К слову, прочитав ее, оба Дмитрия засмущались: не слишком ли подробный разговор для малоизвестной группы. В ответ было сказано: считайте это авансом на славное будущее. На том и сошлись.

Теперь собственно интервью.

АrtBeat:- Начнем с биографии: где родился, сколько лет?

Павлюков:- В декабре будет 32. Родился я Москве, рос в районе метро Динамо, а потом, когда мне было четыре года, переехали южнее, в район Варшавского шоссе.

Осляков:-  Я тоже в Москве, недалеко от гостиницы «Молодёжная», где метро «Тимирязевская» сейчас. 34 года.

– Образование?

Павлюков: — Высшее. Химико-технологический университет, факультет технологии органических веществ. Специальность – технология тонкого органического синтеза и химия красителей.

–  По специальности хоть день работал?

Павлюков:- Нет. Только практика институтская была, и после работал в фирме, которая производит полуфабрикаты для лекарственных всяких препаратов. Там, как у станка: сколько сделаешь, столько и заработаешь. Поэтому сходу стал чувствовать себя некомфортно, а месаца через три ушел..

–  Сейчас где?

В типографии. Полиграфист, верстальщик.

(Ослякову). Вопросы те же, твоя очередь.

Осляков:- Образование высшее техническое, университет пищевых производств, который на Соколе. Закончил в 2001-ом, инженер по автоматизации пищевых конвейеров. По специальности – ни дня. В парке работал, грузчиком приходилось, на Горбушке в киоске музыкой торговал. Ну и параллельно занимался музыкой. Не профессионально.

–  А музыкальное образование? Ноты знаете?

Павлюков:-  Знал. У меня 2 класса по баяну. А сейчас с этим хуже. Хозя записать то, что сочинил, теоретически могу. Но очень медленно! (Смеется.)

Осляков:- Я закончил пятилетку по аккордеону. Но о-очень давно. Я заниматься не хотел – хотел играть в футбол, поэтому прозанимался со 2-го по 7-й класс, а потом задвинул. И образованием это не считаю. Отправили родители, из-под палки. Выбор был: или семь лет рояля, или пять аккордеона… ну я и выбрал, что покороче. Сидел, занимался, а окна выходили на школьный стадион, ребята в футбол играли, и я, конечно, весь был там.

Павлюков:- А у меня, наоборот, даже как-то пёрло играть на баяне. Подбирал что-то по нотам, даже из газеты «Пионерская правда» наигрывал – в ней разные ноты выкладывались: ламбада, ещё что-то. И мне всё нравилось… пока не запил мой учитель по баяну.

– С какого года вместе играете?

Осляков:- С 2001-го, 10 лет в этом году. Нас общий друг познакомил: сказал, что у него есть два друга, такие смешные, играют какую-то музыку. И принёс мне их демо-кассету, Deep Purple такой местами, но с интересными вставочками. А барабаны там были запрограммированы – и мне сразу понравилось, как Дима это сделал… Собственно говоря, там было три вещи, я их «снял», а потом мы встретились на какой-то Богом забытой базе на Войковской, где я сейчас живу.

– И как всё срослось?

Осляков:- Долгая история.  Был период, когда они – Дима и Николай Харитонович, басист, его, к сожалению, сейчас нет, погиб… так вот, они искали барабанщика. И когда мы встретились, мы начали играть втроём. С Димой у нас были всякие музыкальные практики, домашние, но на концерты они не выводились.

(Павлюкову) Первая гитара когда появилась?

Павлюков:- Мама купила, акустическую, шестиструнную, когда мне было лет 14. Сначала у меня было немного негативное отношение к акустической гитаре: ассоциировалась с костром, двором. А до этого я  познакомился с соседом по даче, Андреем Жилиным: мне было 12, ему 10, нас родители подружили… а то ходят поодиночке какие-то два оболтуса! В общем, мы с ним сразу нашли общий язык. Заговорили про музыку, и он сказал, что ему нравятся The Betles и конкретно вещь Come together, что он записал ее на 90-минутную кассету в размноженном варианте. А я тоже фанател от битлов, папа на них подсадил. В общем, я узнал, что Андрей занимается на гитаре, а я-то ничем не занимался, поэтому тоже захотелось что-то сделать, аж распирало в музыкальном плане. На следующий год Андрей привёз своего друга – это и был Коля Харитонович. Мы стали такой домашней группой, что-то записывали… чего только не было, целые телепередачи делали… совершенно безбашенный  коллектив!  Барабанами были надувные подушки, а палочки в лес ходили срезать. Играли в кибитке 3х5, там кровати стояли, магнитофон, и мы, толком не настроив гитары, включали запись и начинали бренчать. Каждый играл на чём хотел, по очереди.  А потом, когда у кого-то на чем-то стало получаться лучше, выбрали себе конкретные инструменты. Это был 96-97 год, родители Андрея купили ему барабанную установку. А у Коли, хоть он не из особо богатой семьи, много родственников, все дружные. И они в складчину ему купили бас-гитару «Орфей», похожую на ту, какая у Пола Макартни. И мы друг другу по телефону играли, с криками радости и восторга…

– Тебе какой инструмент достался?

- Я и барабанщик был, и гитарист. Не определялся, всё шло равноценно. Среди нас троих я был, можно сказать, лучшим барабанщиком.

– Как Макартни в «Битлах».

Павлюков:- Ага. (Смеется.) А в 96 или 97 году был концерт в школе, в Коньково, у нас программы – никакой, но Коля  познакомился в столовой с двумя девочками, они, как выяснилось, могли петь русский рок, и мы быстренько что-то подготовили. И концерт состоялся. Это был такой русский рок, но «Come together» всё равно исполнялась, опять же все менялись за инструментами, по кругу. Всё это было на блатных аккордах, без всяких соляков, но – было весело.  А потом ещё пара концертов похожих была, по другим школам.

– Что твой инструмент – гитара, когда осознал?

Павлюков:- Где-то в 96-97 годах я уже играл строго на гитаре. Первую гитару мне на 18-летие подарил папа –  Les paul «epiphone special», дешёвый китайский вариант. Я дико обрадовался, сразу подобрал «Дом восходящего солнца».

(Ослякову.) А ты как барабанщик?..

Осляков:- … играю очень давно. Началось с того, что со школьной подругой сидели у неё дома, слушали «Алису», концерт «Для тех, кто свалился с Луны». Под этим влиянием она начала какие-то песенки писать, тоже русский рок. Ну и я тоже начал придумывать с подушками… типа, с барабанами Амати. Никаких учебных материалов, ничего – голый энтузиазм.

– По идее, вы оба в те годы несильно попали под русский рок, под его влияние. Это ж не в конце 90-х было.

Павлюков:-  Наше поколение всё равно попало. Под «Кино», например: я был в пионерлагере, так была дискотека, посвящённая годовщине смерти Цоя, как раз 91 год, и на ней звучали исключительно песни Цоя.

Осляков:- Да и с нынешних позиций, смотря в те годы, я считаю, что «Гражданская Оборона» и «ДДТ» – сильные команды были. И у «Алисы» были очень крутые альбомы по тем временам…  И вот так вот пошло-поехало, на любительском уровне. Сейчас смешно вспоминать: информации, видеоуроков не было вообще никаких! Случайно увидел клип U2, где мне показалось, что барабанщик ногами не играл вообще – я подумал, что так и надо. И когда пришел к ребятам на репетиционную на базу, я не играл ногами вообще!.. Хотя, с другой стороны я рад, что самоучка, что не прошёл через горнила каких-то учебных заведений. Потому что никто меня не ломал, я сам себе поставил мозги на место, благодаря чему, я надеюсь, мы играем нестандартную музыку.

Павлюков:- Барабанную установку, которую  купили Андрею Жилину, сначала поставили в офис к его маме. Там нам можно было иногда играть: приходили туда с кассетами и магнитофоном, там стояло пианино. Мы много чего «изобрели» звукоизвлекающего:  например, в акустическую гитару засовывался микрофон, который выводился в магнитофон электроника. На магнитофоне выкручивалась ручка громкости и получался како-никакой, но перегруз. Там я преимущественно барабанил. При этом малый барабан был такой плохой, что звучал хуже, чем альт, который над бочкой, поэтому я думал, что альт это основной барабан. И всё нормально получалось. :)

– А потом?

Павлюков:-  Я бы хотел вернуться к моменту, когда мы встретились: я, Харитонович и Дима. С Жилиным было непонятно (но у нас с ним был другой, особый проект), поэтому придумывать какие-то вещи мы продолжали в основном с Колюней. Получалось что-то типа Deep Purple, на с большой проблемой с вокалом. Вокалистка со у нас была еще со времён школы, но тексты!..  Колюня был гуманитарием и очень щепетильно относился к текстам: свои отвергал, потому как они получались заумные, чужие ему тоже не нравились. Поэтому у нас пошел уклон в чистый инструментал. Но я всё равно продумывал места под вокал, поиски вокалиста и барабанщика всё равно велись. Колюня приезжал ко мне в Аннино, мы записывались. Барабаны я программировал, а бас и гитару уже писали сами…  (Пауза.)

– И?

Павлюков:- И когда мы сочинили первую вещь, мы как-то почувствовали: ого! что-то началось! оформлено не как раньше, это другой уровень. Как знамение какое-то было. Один раз даже рано утром вызвонили девушку знакомую, чтоб она к нам приехала и заценила то, что мы сочинили ночью, как мы играем … понятно, что выпито тоже было неимоверно.  И вот эти записи попали потом к Диме.

Осляков:- Попали где-то в 2000-м. А встретились мы, наверное, в 2001-м. Не было никаких концертов, мы просто репетировали — было удивительное время: за игрой смеялись до слёз. Иостепенно мы что-то узнавали, осознавали, понимали, кто что может. Самое интересное, что Колюня жил в Коньково, Павлюков в Аннино, репетировать они ездили на Войковскую, а я только туда недавно переехал. Репетировали мы редко, но это было время стёба, мы играли и ржали, стебаясь надо всем –  от «Битлз» до «Кинг Кримсон». Сейчас такой период сложно представить вообще.  Кстати, тогда мы назывались «Train» — название придумал Колюня еще во время их первого концерта в школе. Пытались, как я уже сказал, сделать что-то с вокалом: друг наш пытался петь, но у него какие-то арии получались, потом подруга наша пела, но с ней чересчур по-хиповски выходило. В итоге остановились на чисто инструментальной теме.

– Лишь потому что вокалиста не нашли?

Павлюков:- Ну да. Тексты на английском –  проблема, на русском – тем более. К нам даже на прослушивание пришла пара девочек, которые по ходу закомплексовали, сказали, что мы крутые, а они нет.

Осляков:- Несколько лет всё это жило только в режиме репетиций, но мы от них получали невероятное удовольствие, я в жизни так не смеялся никогда. Потом подтянул двух друзей, тромбониста и кларнетиста – вот такой странный у нас был состав, пятеро, но, опять же, концертов не было: всё для себя и для своих. Но к тому времени у нас уже появилась миди-система, мы осели на базе, на Водном стадионе – ее хозяевами была группа «NYL», они играли арт-рок, на первом «ИнПроге» в «R-клубе» феерически выступили!

Кстати, Володя  Импалер их хорошо знает. И еще одно кстати, смешная история: лет 10 назад, в «Релаксе» тогда ещё, барабанщик «NYL’а» подвёл меня к Импалеру и сказал: «Знакомься, это Дима, он ещё о себе скажет». Прекрасно помню этот момент. Сейчас мы с Импалером общаемся, и, выходит, через 10 лет, на юбилейном «ИнПроге» мы о себе заявили. Очень символично получилось.

… И вот мы на Водном стадионе сосуществовали с этими ребятами: мы – еще никто, а они уже взрослые дядьки, крутые музыканты, и  они нам помогали. Мне лично, их барабанщик Миша Хейфец очень сильно помог. Не только в техническом плане, просто мозги на место поставил. Он сейчас в группе «Батисфера» играет. В общем «NYL» нас вытащил на свои концерты в «Релаксе», группой на разогреве, два раза мы отыграли – и на этом история «Трейна» завершилась. Погиб Коля Харитонович.

Нас осталось двое. Тромбонист и кларнетист, в принципе, были не из нашей истории, тромбонист в монастырь ушёл, а кларнетист практически ушёл туда же. Но продолжать или нет – вопроса не было, потому что были и намётки, и наработки. Когда Колюня был ещё жив, он начал работать на телевидении, поэтому часть репетиций пропускал или опаздывал на них.  А Димон к тому времени купил себе гитарный процессор «Roland», у которого одна из главных функций – возможность привязать к гитарному аккорду басовые (и не только) ноты. И мы начали вдвоём ковырять какие-то вещи – здесь и возник момент зарождения чего-то нового. Мы сочинили вещь «Bullet In The Icecream», которую до сих пор играем… короче, формировалась программа для двоих. То есть, я  частенько ловил себя на мысли, что можно играть вдвоём.

– Сколько вы так дуэтом?

Осляков: — Лет семь, получается. Новое название придумалось, кс тати на русском – в процессе словоблудия, игры словами. И мы достаточно долго были «Вскрытым Ромбиком», а потом решили переделать название на европейский лад.

– И мечты о вокале оставили совсем?

Павлюков:-  Думаю, да. А если и появится, то только как третий инструмент, как звуки, создающие образы, звуки. Это может оживить.

Осляков:- Мне в этом плане больше саксофон представлялся. Но nj;t как-то не получилось. И пока я против любых расширений состава, на самом-то деле.

Павлюков:-  То, что мы вдвоём, это, конечно, фишка.

Осляков: — И наш потенциал ещё не исчерпан . Я благодарю Бога, что встретил Димона, потому что играть в просто попсовых коллективах…

– В смысле?

Осляков:- Я ведь с 2007-го зарабатываю на жизнь игрой, выступая с артистами.

– С какими?

Осляков:- С Дмитрием Маликовым, например, в 2007-м в проекте «Пианомания». С его отцом в «Самоцветах». С  Инной Маликовой сейчас иногда играю. А последние два года – с Денисом Майдановым, есть такой артист, восходящая звезда. Но основное дело, конечно, «Cracked Rombix». Мозги Димы – это такой потенциал! Меня до сих пор удивляет, как он мыслит, как при этом ломает барьеры – в том числе те, которые в моей голове. Мы ведь больше в роковой манере играем, а не в проговой. Я, например, не играю слишком уж между долями, то есть мне нравится прог-рок игра, но с упором на рок-составляющую – я ведь рос на хардкоре 90-х годов, на агрессивной подаче. Так что в формате дуэта мы много чего ещё можем сказать – именно потому, что не вписываемся в прог: у нас нет клавиш, нет 20-минутных эпиков о полёте на Марс… Зато есть другое, своё.

Muzicons.com

Muzicons.com
То, что нас зацепил Импалер и «АртБит» обратил на нас внимание, многим может показаться недоразумением. Но мы в этом смысле спокойны.

– Ваш первый диск – он по времени?..

Павлюков:-  25 минут. У нас материала больше, но часть вещей, которые… как бы сказать… повеселее, что ли… они сюда просто не лезли. А без них пластинка получилась цельной. Лучше 25 полноценных минут, чем 40 надуманных.

Осляков:- Потому что их не стыдно ни здесь, ни  Европе показать.

– Ого!.. Где именно, например?

Павлюков:-  В Польше, в Финляндии хотя бы… Там публика готова слушать эксперименты, для неё у нас есть всё. Хотя мы, кажется, не такой уж и эксперимент. Мы просто не там и не там: не прог и не рок, а нечто посредине, на стыке, на границе. Такой путь, он самый лучший. Вот, например, есть фильм «Криминальное чтиво» – он один такой. Не боевик, не комедия… а что? А неважно что – главное, что он такой один. Так что наша цель – проект, в котором можно играть что угодно, но по-нашему. Типа, за что ни берись, а на выходе – мы, «ромбики», одни такие.

– И за что, например, беретесь?

Павлюков:-  В данный момент у нас плотная работа с театром «Liqiud Theatre», состоящим из профессиональных актеров, выпускников ГИТИСа… да из кого он только не состоит! Играют в жанре site-specific, в прошлом году взяли «Золотую Маску». Прицепил нас туда опять же Коля Харитонович, он был выпускником ГИТИСа, а отец его там преподаёт. Коля был со всем актёрами «Liqiud’a» в наитеплейших отношениях… ну, я и прилип к этому театру, стал его музыкантом, они периодически меня выцепляют на свои спектакли с живой музыкой. А в начале декабря – новая премьера. Спектакль по «Одиссее»  Гомера, называется «SUBITO FORTE», что переводится как «Внезапно громко». Я подумал, что раз такое название, без барабанов там делать нечего – ну и пригласил Диму…

– …сделать музыку к спектаклю. Чтобы потом, скажем, отдельным диском ее издать?

Павлюков:-  Об этом и не думали. Музыку-то сначала сделать надо!

Осляков:- Вот именно.

Беседовал Дмитрий Филатов

Фото: Александр Стернин, Александр Мошков

Похожие Посты

Добавить в

3 Коммент.

  1. Ромбики молодцы :-)

  2. Соня Арендт

    Андрей Жилин прав :)

  3. Классное интервью!! Все никак я до вас «вживую» не доеду!!

Оставить комментарий